+7 495 236 98 99пн-пт, в России
+34 669 900 700пн-сб. в Испании
Обратный звонок
Запрос успешно отправлен.
Ваши данные для связи:
Имя
e-mail
Телефон
Тема обращения
Удобное время
08:00-11:00
10:00-13:00
12:00-15:00
14:00-17:00
16:00-19:00
Готово

Куба, которой нет

Введение

Несколько месяцев назад я удивленно остановился у витрины необычного магазинчика в центре Барселоны. На его полках красовались все вообразимые виды глобусов, от крохотных настольных сувениров, до гигантских надувных подпотолочных сфер. Но кроме глобусов там ничего больше не продавалось. Заинтригованный, я зашел и с удовольствием купил небольшую и симпатичную копию нашей планеты, оснащенную еще и встроенной подсветкой. С этого же вечера начался странный период в моей жизни. Перед тем как заснуть, уже лежа в постели, я брал в руки этот самый глобус, включал лампочку и, окруженный полной темнотой, подолгу рассматривал, словно с орбиты, испещренные сотнями чудных названий неизвестные мне уголки светящегося мира.

Уже через пару дней таких созерцаний я выяснил, что самооценка моих географических познаний была нездорово преувеличена. Я обнаружил гигантские области на земле, о которых практически не подозревал еще неделю назад. В этот момент мне немедленно захотелось путешествовать, причем обязательно куда-нибудь очень далеко. И на протяжении многих последующих вечеров, перед тем как выключить глобус, меня терзала болезненная двойственность. Одна моя часть была готова бежать посреди ночи к компьютеру за электронными билетами, а другая цинично хихикала и хладнокровно залезала глубже под одеяло. Шли недели, я еженощно рассматривал планету, и вечерний ритуал с земным шаром затягивал все больше. Возможно, секрет крылся в мягком, приятном свечении земной коры и качественной цветной полиграфии. И под конец месяца я понял, что уже надо куда-то все-таки съездить. Вы спросите, ну почему же Куба? Отвечу без труда. Во-первых, очень далеко, но россиянам по-прежнему не нужна виза, плюс Карибы как ни как. Во-вторых, по утверждению всех ведущих туроператоров Европы вроде бы там реально круто, весело и дешево. И, в-третьих, там же живой Фидель, его харизма и его многочисленные социалистические дети! В общем, поехали.

Дорога

Билеты пришлось покупать дорого, потому что из Испании на Кубу летает только четыре компании и у всех примерно одинаковые цены. По совету опытных путешественников мысли о перелете эконом классом с длительностью более десяти часов отвергли сразу. А приличная кушетка в первом классе «туда-обратно» ценилась ровно в две тысячи евро на человека. Зато обошлось без тромбоза, обмороков и клаустрофобии. В комфортабельном электронно-регулируемом кресле пассажирам получалось полностью вытянуться, прикрыться голубым штатным пледом и непрерывно принимать от улыбающихся стюардесс не иссякающий вкусный алкоголь. Кстати, покормили во время полета дважды, очень слаженно и вполне съедобно, а параллельно можно было следить на личном 14 дюймовом телевизоре за сценами последних мировых блокбастеров в лазерном качестве. Мило и со вкусом. В целом, полет прошел приятно и быстро.

Аэропорт и такси

Кубинская земля закладывает в душу прагматика обоснованные сомнения еще в воздухе на подлете к аэропорту. Контраст с европейскими природными пейзажами и городскими массивами режет глаз. Гавана с воздуха выглядит подозрительно однотонной, но с проплешинами разрушенных кварталов, словно после неуверенного арт. обстрела. Сельские постройки в своей убогости и разрухе вовсе наводят на мысли об эпидемии, которая унесла жизни всех местных землепашцев не менее десятилетия назад. Само здание аэропорта маленькое, с узкими грязными коридорами. Таможенники подозрительны, щепетильны и достают паспорт из корочек, разглядывая каждую страницу у всех прилетевших.

Радости от факта появления трех сотен туристов на территории аэропорта не выдал ни один человек. Только осоловевший от выпивки, табака и жары носильщик устало и безнадежно предложил в чем-то там помочь с моим багажом за пятьдесят песо. Немного напугал. Пришли невольные мысли, что он может иметь какое-либо отношение к успешности его получения. Но он блефовал. Бесплатно выхожу на улицу с чемоданом, а там поздний вечер, почти ночь.

Куба, которой нетКуба, которой нет

Сначала показалось, что попал под плотную струю воздуха из внешней части кондиционера типа сплит. Но нет: это просто + 38 С и 88 % влажности. Хорошо, что такси подошло почти мгновенно. Внутри машины оказалось намного прохладнее. Еду в отель. По дороге таксист молчит, как рыба. Учитывая, что на испанском я говорю великолепно, пытаюсь оживить обстановку. Странно, но пара моих жалких попыток завязать разговор наталкиваются на односложно-грубые, недовольные бормотания. Поэтому остаток пути молча смотрю в окно. Пейзаж впечатляет. Если бы в 1979 году на окружной дороге любого сибирского городка посадить побольше пальм, а вместо алкоголиков в фуфайках и ушанках пустить чернокожих людей в шортах и цветастых рваных майках, то получится точь-в-точь трасса «Аэропорт – Гавана».

Обочины утопают во мраке. Иногда мелькает полуразвалившийся домик, где на потолке мутной комнаты или на открытой террасе тускло мерцает одинокая лампа дневного света. Под лампой сидит вся семья в плетеных продавленных креслах и о чем-то медленно устало разговаривает. Невдалеке от них, на грани света и темноты копошатся в земле неряшливые, чумазые дети. То, что они чумазые, я узнаю на следующее утро, но даже той ночью мне уже было понятно, что о детской чистоте в таком месте речи не пойдет.

Вдоль всей дороги в той же темноте идут в обе стороны люди. Многие с детьми. Через несколько минут понимаю, что идут они здесь, потому что от фар проезжающих автомобилей есть хоть какой-то свет.

Ехали до гостиницы около полу часа. Весь пригород Гаваны, да, по сути, и сама столица, ежедневно покоятся в кромешной тьме. Лишь огромный облупившийся плакат на въезде в город с надписью «Береги электроэнергию, как свою кровь!» ярко подсвечен и читается за сотню метров. Вслед за ним промелькнула серия щитов в победоносных лозунгах о независимости острова, здоровье Коменданте и с множественными портретами неизвестных в Европе молодых соратников бессмертного вождя. Иллюминация была обнаружена так же у единичных правительственных зданий (предположительно посольских корпусов других стран), постов полиции, пяти звездных отелей и на нескольких основных перекрестках центра города. Так же относительно неплохо освещается набережная, которая служит основной транспортной магистралью, и по совместительству неким подобием бульвара для массовых ночных гуляний или скорее сидений.

Отель и дуализм восприятия температур

В необъятном холле отеля многолюдно и не так жарко, хотя до прохлады далеко. Работает несколько круглосуточных баров. Куча подвыпивших пожилых мужчин из разных стран хаотично, но деловито снуют меж множества низких широких и затертых диванов. Они заметно оживляются при появлении любой молодой женщины. Иными словами, было любопытно за ними наблюдать, пока не быстрая регистрация перед заселением открывала мне местные тонкости работы с вип клиентами. Впервые за весь свой опыт посещения пяти звездных отелей мира я сделал всю бумажную работу за служащего гостиницы своим руками. Типа, дали тебе анкет, а там сам давай пиши кто ты, откуда, зачем и на сколько прибыл. Закончив бюрократию и ехидно ухмыляясь себе под нос, поменял денег. Курс конвертируемого песо, как основной рабочей финансовой единицы для иностранцев на Кубе, составил 1,38 к евро. Пустячок, но приятно.

Номер оказался же отнюдь не радостной частью путешествия. В нем пахло забытыми окурками, стариковским потом и разложившейся синтетической обивкой. По моему богатому опыту ремонтных работ в заброшенных старых квартирах, здесь никто ничего не чинил уже лет двадцать. Кондиционер, включенный на полную мощность, надрывисто свистел исключительно для самовнушения. Любые манипуляции с его настенным пультом управления лишь ухудшали ситуацию. Холодная струя нам только снится. Этой же ночью вдобавок я еще узнаю, что такое кислородное голодание в закрытом объеме при условиях повышенной температуры. По стандартам работы группы отелей Мелия на Кубе нельзя открывать окна в номерах без специального разрешения начальника смены, который заканчивает свой рабочий день в шесть вечера. Пытаясь заснуть после длительного перелета, я уже через десять минут понял, что свежего воздуха в номере не осталось. Ночной дежурный отворять окно по моей просьбе категорически отказался. Убирал в сейф все ценное и спал с открытой настежь в коридор дверью. Вроде ничего не пропало.

Первый выход в поле

Проснулся рано, спустился и пытался завтракать в отеле. Но даже самые сумрачные мои ожидания по поводу качества местной пищи на поверку оказались излишне оптимистическими. В утреннем буфете я не обнаружил ничего съедобного. Многие блюда, внешне выглядели как реплики европейских рецептов и манили голодного гостя острова свободы. Но, на радостях с разбегу укусив омлет, я сразу загрустил о моем ближайшем гастрономическом будущем. Уже выходя на улицу, усилием воли я заставил себя пока не думать о страшном, взял такси и попросил везти в историческую часть старой Гаваны. По пути стало ясно, что адская колесница восстала из мертвых, сцепление рычит тираннозавром, амортизаторы остались в загробном мире. Каждая кочка на дороге познается моей спиной, как родная. Смиряюсь в бешеной тряске и глубокомысленно погружаюсь в Дао созерцания. Просветление приходит минут через пять, когда вижу прочие средства передвижения в городе и начинаю понимать свою неиссякаемую удачу.

Больше половины машин на Кубе выехали с мексиканского кладбища автомобилей, но не вчера, а лет тридцать назад. За двадцати минутную поездку на таратайке плачу 5 песо.

Приехал на небольшой туристический рынок в конце городской набережной, где продают фальшивые сигары, китчевую мазню гуашью для американских фермеров и прочую чепуху за любые деньги. Любые, потому что если долго торговаться, то предела понижения цены, похоже, нет. Трюк в том, что дикая жара не позволит вашему организму выделить достаточно сил для процесса препираний с хамским и напористым продавцом. Вся энергия тела во время дневной прогулки идет на охлаждение мозга. Купил соломенную шляпу. Она частично спасает от теплового удара.

Куба, которой нетКуба, которой нет

За пол часа нахождения на рынке мной была получена масса полезных предложений от местного населения. Дикие коренастые парни подбегали и очень громко орали прямо в мое нежное ухо, как глухонемому, и даже по-русски: «эй, рушки, ты купили сигар-сигар и дешевле очень!?». Другие неприятные парни в тот же момент пытались по-английски (то есть, почти молча и хватая за руки) запихнуть меня в различные вонючие конные брички для «плиз, плиз, френд, вери чип, романтик вояж!». След за ними приставали худые мужчины средних лет с выпученными глазами, что при помощи апофеозной жестикуляции убеждали меня съесть все живое в лучшем ресторане Кубы «рядом через дорогу». А хрупкие подростки с расширенными зрачками преследовали меня на протяжении всей прогулки и таинственно шептали мне про различные наркотики и виагру, зачем-то постоянно отворачиваясь. Еще была пожилая женщина, что каждые пять минут появлялась из-за разных предметов и с расстояния около метра заунывным гортанным баритоном выла странную мантру: «Русски, русски, нада деушка, маладай-маладай, разнай, хочешь, пойде-пойде…». Окончательно очумев от гостеприимной жести и испепеляющего солнца, я поспешил скрыться в более спокойных улицах старого города, на первый взгляд казавшихся таковыми. Но напрасно тешил путник мечту о покое.

Улицы старой Гаваны и их жители

Когда заходишь в старые кварталы Гаваны, появляется мимолетное ощущение, что идешь мимо фасада разрушенного дома, который вот-вот должен закончиться. Но он не заканчивается, ни через десять минут, ни спустя пол часа, и ты понимаешь, что здесь давно нет целых зданий. Вся старая Гавана с точки зрения европейского представления о столичной архитектуре являет собой одну большую развалину, в останках которой бесцельно снуют невеселые, давно уставшие от всего люди. Да и сами эти аборигены не порадуют глаз путешественника ни самобытностью, ни первородной энергией. На них вообще лучше поменьше смотреть, потому что любой импульс внимания со стороны иностранца каждым из них воспринимается однозначным поводом для мелкого немедленного вымогательства.

Пожалуй, самые неприятные эмоции туристом на Кубе испытываются как раз от орды уличных попрошаек различных мастей. Они все очень сильно утомлены жизнью с детства. Безбрежная нищета, плохое питание, вечная духота, отсутствие базовых удобств, непрекращающийся поток самодовольных сытых рож с фотокамерами у твоего полу разрушенного жилища, твои дети в драных штанах и жена, которая ненавидит этот мир больше своей несчастливой судьбы. Где взять им повод для радости? Но каждому из них каждый день все равно надо чем-то заниматься. Надо пытаться выудить из кармана этих зажравшихся идиотов свои мятые, влажные от туристического пота конвертируемые песо. Что бы потом пойти в центр города и в одном из магазинов для иностранцев купить нормальной съедобной говядины или вкусных, замороженных импортных сосисок.

В старой Гаване есть десяток основных улиц-направлений дневной миграции туристов, сложившихся естественным образом, наподобие, как возникают дождевые потоки на пологом склоне холма. На них и промышляет многочисленная братия, внутри которой однозначно присутствует мошенническая иерархия, разделение труда и примитивная коррупция с уличными блюстителями порядка. На правительственном уровне, конечно же, никто здесь специально никем не занимается, никому не важно, что реально происходит внутри города, кроме разве что пресечения случаев явной уголовщины.

Полиция зорко наблюдает только за особо активными индивидуумами из числа местного населения, чтоб те не наглели и не вырывали сумки и фото аппараты из рук отдыхающих иностранцев прямо среди бела дня. Прочие акты не уважения и хамства по отношению к гостям столицы полицию не беспокоят. Да и в целом, поводов к преступлению здесь не много. Жизнь местного мошенника, не без участия правительства, организованна так, что ему сложно решиться на мало-мальски серьезный проступок. При рассмотрении с близкого расстояния физического состояния населения у жителей на лицо явный недостаток белковых и жировых составляющих в пище. Прибавляем сюда же круглый год изнурительной жары. Умножаем на полное отсутствие коммерческой рекламы во всех сферах от газет до телевидения, которая, ведь по правде скажем, и является источником основных искушений и поводов для поиска быстрых денег анти социальными элементами в остальных частях света. А сверху, спрыснем весь житейский коктейль на Кубе бескрайним морем ничего не стоящего рома, которым на любом углу заливаются все беспокойства в голове каждого уважающего себя кубинца. Иными словами детям Фиделя трудно захотеть чего-либо так сильно, чтоб ради этого начать грабить вас прямо посреди улицы. Во всяком случае, такова реальная ситуации на день сегодняшний. Дальше будет видно со временем.

Из приятных впечатлений стоит отметить университет Гаваны, где учатся самые светлые головы острова. Посетив его, могу сказать, что туда надо зайти людям, желающим побывать в 1978 году в провинциальном советском институте. Потрясающая консервация. Даже запахи одинаковые. Рядом, кстати, находится знаменитый Капитолий, вокруг которого можно достойно погулять пешком. Эта незначительная часть старой Гаваны, что поддерживается в приличном виде из последних сил правящей верхушки. Здесь расположены исторические монументы, пара музеев и несколько тенистых парков с мощеными брусчаткой площадями. Пройтись по отшлифованным до блеска булыжникам приносит физическое удовольствие. Здесь же есть множество миниатюрных сувенирных лавочек, в которых сидят торговцы поскромнее. В них не дорого продают милые сувениры. Там же, на ступенях университета я познакомился с человеком по имени Александр Македонский. Он даже мне документы показал. На Кубе вообще много исторических клонов. Тут масса однофамильцев героев и колоссов со всех исторических эпох. Что делать, нравится кубинцам иметь такие имена. Македонский, в итоге, уболтал таки меня на покупку нескольких коробок хороших сигар. Но надо отдать ему должное, весь товар оказался первоклассного качества, снабженный акцизными марками, голографическими сертификатами и печатями. Он же рассказал, почему не стоит покупать такие же сигары на туристических рынках. Там попросту в красивые коробки засовывают совершенно другой тип продукции и втюхивают доверчивым, ошалевшим от зноя приезжим. Хороший совет, хорошая покупка. Александр Македонский, получив свою комиссию от подпольного торговца, признался мне, что для него это огромная сумма денег и теперь он целых два месяца может беззаботно и сыто отдыхать. Дал ему еще десять песо, чтобы он был полноценно свободен уж до самой осени.

Куба, которой нетКуба, которой нет

На улицах Гаваны есть несколько основных типов публичных заведений, сменяющих друг друга в каждом квартале. Первый тип, это бары или рестораны для туристов. Их не много, их легко заметить, они расположены в основном на людных улицах, у них большие вывески и здоровенные негры на входе, а сами кубинцы туда не ходят. Из них стоит посетить некую «Флоридиту». Там за стойкой бара до сих пор можно выпить неплохой ледяной дайкири на брудершафт с полноразмерным бронзовым Хемингуэем. Любопытно, но именно в этом заведении первый и последний раз за десять дней пребывания я констатировал качественную работу кондиционеров. Такой прохлады больше нигде ни разу не было.

Есть второй тип, тоже не часто встречающийся в городе, это бары смешенного характера, где в одном помещении смогут выпить стопку рома и местные жители и туристы. В них уже грязно, антисанитария цветет и пахнет, посуду не моют, столики после клиентов сохнут сами. Алкоголь по качеству на грани отравы.

В повсеместные же бары для местного населения никому из приезжих заходить и в голову не придет. Они напоминают небольшие сельские овощные склады, давно требующие капитального ремонта. Но полураздетые, потные фигуры смуглых людей находят свое удовольствие в много часовом пребывании под тусклыми засаленными лампочками внутри этих помещений. Хотя, возможно им там просто чуть удобнее сидеть, чем на каменных порогах своих полуразвалившихся лачуг?

Последний тип публичной точки, это некие пункты раздачи продуктов первой необходимости, в которых подлинные кормильцы и кормилицы кубинских семей отовариваются по серым бумажкам, гарантирующим каждой ячейке общества набор из минимальных съедобных килограммов в месяц. Тут хозяйственной кубинке в обмен на талоны и на обычные внутренние песо дадут немного отвратительного по качеству риса, чечевицы, бобовых и прочих сыпучих основ для большой невкусной кастрюли на каждый день.

Кстати, именно такие старые алюминиевые кастрюли, преимущественно советского производства, можно увидеть на плите большинства кубинских семей. В них, греясь на медленном огне, булькает липкая жижа из выше указанных ингредиентов с добавлением того, что Бог пошлет. Если никому из членов семьи в течение дня так и не удастся выпросить или еще как выманить обманом несколько конвертируемых песо у размякшего иностранца, то дома его ждет вечная лоханка. Из нее, перед тем как заснуть, он завсегда сможет хапнуть пару увесистых ложек отвратительного месива. И следом хлопнуть стаканчик-другой мерзкого отечественного рома.

Так же кубинец, если его еще не тянет в сон, может пойти на городскую набережную и посидеть с товарищами и подругами на бесконечном железо бетонном ограждении, тянущемся на многие километры вдоль всей линии прибоя Гаваны. К слову, в Гаване нет пляжа. А данная набережная заменяет его уж как может. С нее рыбачат, на ней знакомятся, напиваются, совокупляются, отрубаются, просыпаются с первыми лучами солнца, а на следующий вечер возвращаются на нее вновь.

На этом положительные эмоции в жизни у кубинцев заканчиваются. Любой вид спутникового телевидения, Интернет соединений и прочих информационных радостей двадцать первого века им категорически запрещен мудрым вождем. Бумажные цветные носители типа журналов и газет из внешнего мира попадают на Кубу только с туристами. Поэтому не удивляйтесь, если ваша горничная будет ходить около замусоленного плэйбоя, как лиса вокруг курятника. Все виды товаров народного потребления попадают на прилавки убогих магазинчиков, проходя жестокую цензуру на политкорректность и дружественность правящему режиму. Обычно это заканчивается особенно низким качеством и полным отсутствием дизайна. Приобретенные мной безликие батарейки иссякли в шесть раз быстрее любых европейских, а стоили процентов на тридцать дороже.

Так же на Кубе особо жестоко карается законодательством ношение или хранение любого вида колюще, режущего, дробящего и, тем более, огнестрельного оружия. За все виды манипуляций, связанных с цветными и черно-белыми порнографическими изображениями или наркотическими веществами, кубинец может провести остаток дней в ужасающей по аскетизму тюрьме. Так что на Кубе особо не повеселиться. Поэтому здесь нет преступности, никто ни чего сильно не жаждет, а дни похожи друг на друга, как кокосы на одной пальме.

Немного истории или подлинные мотивации патриотов

Не спорьте с приставалами на улицах, не пытайтесь им ничего объяснять, не переживайте за жалких одиноких старух с протянутыми костлявыми ладонями, не жалейте худых малолетних детей в лохмотьях, что пискляво теребят вашу одежду. Вам некуда девать мелкие деньги и хочется почувствовать себя благородным спасителем? Отдайте им по два или три песо каждому и наслаждайтесь своим безбрежным истинным благородством. Только имейте ввиду, что им ваши копейки ни в чем уже не помогут. Все эти люди, в основной своей массе, безнадежно обречены, окончательно и гениально изуродованы на генетическом уровне. Они стали пожизненными заложниками непростой политической возни планетарного масштаба, в которой по иронии судьбы проиграли все, за исключением горстки родственников и прихвостней Каманданте, формирующих костяк современной хунты.

После окончания активных боевых действий и последовавших далее междоусобных схваток за власть, на протяжении нескольких поколений населению Кубы талантливо прививалась своевременная роль юродивых, обделенных и всеми преданных героев. Ведь таким бесстрашным борцам полагается срочно и безвозмездно помогать едой, оружием и прочими полезными для революции предметами.

А когда в верхах все относительно устаканилось, победившим врагов героям коварно предложили всего два варианта развития событий. Первый, это продолжать вяло бороться за абстрактные идеи революции на незримых и физически не существующих фронтах. То есть пойти на жалкие зарплаты в полицию, пожарные или военные. Второй, это быть штатским винтиком революционного острова и безропотно следовать паранойе своего дряхлеющего вождя, живя в абсолютной нищете и забвении. Кто-то выбрал службу, другие тупо сидеть у своего домика, но ровно, как и те и другие полностью следовать идеям кубинского социализма не стремятся. Но и выступать на центральной площади столицы со своими собственными судьбоносными предложениями относительно третьего пути развития государства желающих тоже не нашлось. Драматичный пример кроваво прерванной самодеятельности под руководством товарища Че убедил всех и на долго. С тех пор здесь полная внутренняя стагнация, всепоглощающее болото социального паралича, ощущение бессмысленной вечности позади и впереди. Нездоровая такая атмосфера.

Куба, которой нетКуба, которой нет

Так что живущие сейчас на острове свободы, на самом деле, вполне достойны своей участи. Все те, кто хотел отсюда уехать, за исключением не совершеннолетних, давно уже покинули свою грустную и жаркую родину под хитроумными предлогами. А оставшиеся, являют собой добровольных ленивых пленников якобы не счастливой судьбы, ежедневно и невежливо претендующих на получения манны небесной, вполне расчетливых, по-современному меркантильных и хорошо осознающих свои истинные достаточно порочные цели. Говорят, что с высокой вероятностью в ближайшем будущем все граждане Кубы смогут получить свой личный кусочек сладкого тропического острова в собственность, чтобы уже как следует сдать его в аренду заморским предпринимателям и наконец-то спокойно улечься под любимой пальмой на многолетний заслуженный отдых. Так что не грех и потерпеть еще пару поколений, побираясь всей семьей перед белыми туристами.

Здесь же, как раз и стоит напомнить, что когда четыреста лет назад безжалостные алчные конкистадоры-испанцы в кованых латах приплыли на остров и перебили всех местных индейцев, то следующим шагом они завезли негров из Африки, которые в последствии и стали активно размножаться вперемешку со своими рабовладельцами. Теперь это и есть современное население Кубы. А, как известно исторически, африканцы никогда не отличались особым рвением к тяжелому труду, впрочем, как и к умственным изысканиям. А от своих испанских предков кубинцы позаимствовали все жизненные качества, с одной стороны самые приятные в плане дневного время препровождения, но далеко не выигрышные в эволюционном смысле. Выводы, применимо к современности, напрашиваются сами собой.

Ночная жизнь и прочие тяготы отдыхающего

Перетерпев дневное пекло, выжив после попытки пообедать в городе, и немного передохнув в душном отеле, мне удалось откопать в себе силы, чтобы захотеть ночную жизнь Гаваны. Заручившись поддержкой двух соотечественников москвичей, предусмотрительно встреченных мной в холле гостиницы еще утром, я решил организовать групповую вылазку на местную ночную дискотеку. Москвичи же со своей стороны, узнав о моем углубленном владении испанским языком, оживились и горячо поддержали идею в корне.

Но первым не добрым предзнаменованием для нашего предприятия стала странная беседа с ночным портье прямо у подножья отеля. Увидев троих белоснежных отдыхающих, намылившихся на выход в одиннадцать ночи, черно-синий, как донбасский уголь человек в классическом сюртуке носильщика метнулся за нами следом во мрак стоянки такси. Достаточно навязчиво он начал объяснять нам на смеси паршивого английского и непристойной жестикуляции, что с мучачей (девушкой) назад в наши номера мы не попадем даже по водосточной трубе, потому что он сам запер все окна изнутри. И, после этого, нервно и часто качал головой и пугающе многозначительно выпучивался. Несколько обескураженные мы силились понять, к чему же он клонит.

В этот момент один из таксистов внезапно вмешался в наше невербальное общение, обнаружив углубленные познания русского языка. Он быстро объяснил, что на Кубе местным жительницам, особенно молодым девушкам, на отрез запрещено входить в отели под любым предлогом. Но что наш темнокожий друг всеми фибрами его милосердной души силиться исправить конфликтную оплошность законодательства. И что это будет стоить для нас всего по пятьдесят песо на рыло. Почему именно «на рыло» я так и не понял, но именно данный термин прозвучал от спонтанного переводчика. Я в уме пересчитал выпитое мной за день спиртное, поправил любимую панамку и невольно захотел посмотреться в зеркало. Глядя на моих невинных спутников и на фигуру иссиня-черного спасителя, я не знал, как же объяснить аборигенам, что пока мы не собирались искать их проституток. Мои попытки не увенчались и тенью успеха. Никто мне не поверил. Пошлые ухмылки портье и таксиста многозначительно отказывали мне в доверии. От безысходности, я взмахом руки будто бы со всем согласился, одновременно приглашая москвичей в чрево горбатого гигантского Шевроле 1954 года выпуска. Счастливый портье, идиотски улыбаясь, побежал к отелю, выкрикивая свое имя и время окончания его дежурства. Обстоятельства нагнетались.

Внутри машины полностью отсутствовала всякая тканевая обивка, ржавые остовы дверей царапали пальцы и пачкали одежду, на панели приборов не горело ни одной лампочки, а водитель управлял автомобилем чисто на личной интуиции. В этот момент, впервые за последние пятнадцать лет жизни, я внезапно вспомнил фрагмент из глубокой юности, начисто стертый алкогольной интоксикацией. Тогда мы после первого курса в колхозе очень пьяные ездили ночью за водкой на угнанном тракторе «Беларусь» без фар и с прицепом для транспортировки комбикорма. Даже в той ситуации я, думаю, риск аварийного столкновения был значительно ниже.

По пути я попытался выяснить, как владельцу автомобиля удается эксплуатировать его в данном состоянии. Ответом был нездоровый краткий смешок и гробовая тишина. Стивену Кингу очень понравилась бы экспрессия создававшейся ситуации.

Для начала мы заказали везти нас в лучший ресторан Гаваны. Таксист стартовал ракетой и уже по пути слушал куда нам ехать, хмыкая, кивая и апатично всматриваясь вдаль. Потом еще минут десять медленно соображая, он рассказывал, что в Гаване не очень много ресторанов для иностранцев. И вдруг, словно очнувшись, с восторженным воплем резко крутанул баранку, чуть не въехав в кирпичную стену на полной скорости. Я уже представлял себя окровавленного, зажатым меж ржавых искореженных фрагментов доисторического кузова, перед глазами даже мелькнула крупная новость на хоуме Ленты.ру о гибели россиян в Гаване. Но в следующие секунды мы с визгом затормозили у высотного здания. Со вздохом облегчения я покидал древний Шевроле.

Ресторан располагался на последнем этаже здания, построенного советскими военными для стратегических целей против Америки. Во всем угадывалась милитаристическая сила мысли. Но кубинское правительство, как и любая диктатура, конструктивно подходит к эксплуатации пустующих объектов. Никто тут не заморачивался ни с каким интерьером. Натыкали столов из нешлифованной ДСП, бросили сверху мятые скатерти, насобирали не одинаковых столовых приборов по разоренным поместьям, вот вам и ресторан высшей категории.

В процессе ужина один из официантов поведал мне, что все рестораны, бары и кафе Кубы на 51 процент принадлежат правительству. И что это единственная возможная форма работы на сегодня. То есть, открываешь ты ресторан, все как обычно, но 51 процент прибыли, потом, ты отдаешь Фиделю. В расходах он не участвует. Не нравится тебе, не будет у тебя ресторана. Грациозно и фаталистично. На первое нас пытались кормить протухшим карпаччо из осьминога. За которым последовал лобстер, погибший на гриле от обезвоживания. И в завершение, за бутылку копеечного поганого чилийского красного вина с нас попросили дополнительные шестьдесят песо. А весь процесс нашей трапезы украшал оглушающий гомерический хохот из-за соседних столиков. Там веселились подозрительно однотипные компании из двух-трех европейцев в возрасте далеко за шестьдесят и трех-четырех мясистых грудастых кубинок не старше двадцати пяти лет. И, как я понял, пожилым седовласым кавалерам ничуть не мешал веселиться языковой барьер и несъедобная пища, а разбитным дамам все равно на что было утробно гоготать, закидывая головы и выпячивая сиськи. Голодные и озадаченные покидали мы высотное здание. О, ужас, в завершение к этому у выхода нас караулил светло голубой Шевроле 1954 года.

Кубинские женщины и прочие способы выживания на острове

После смертельно опасного трансферта от токсичного ужина под облаками до самой крутой дискотеки города, нервная система каждого из нас срочно затребовала выпить что-нибудь крепкое. Расплатившись, мы спешно покинули ненавистное ландо. Вход в заведение охраняло подозрительное большое количество людей. На «воротах» стояло человек пятнадцать одинаковых кубинцев, все в черных брюках, белых рубашках и страдающих избыточным весом. По их лицам было понятно, что все они материально заинтересованы в происходящем, но им чертовски жарко. Вход нам обошелся в пять песо на человека.

Внутри увеселительного заведения трех белых людей ждало нечто ужасающее и брутальное. Представьте, как в непогожий осенний день нанять десяток грузовиков и проехаться по московской кольцевой, собирая из кустов на обочинах самых отвратительных грязных шалав, а потом свалить их всех на дно в пустой олимпийский бассейн. Но даже тогда не получится организовать такой потрясающий флаш моб. Я многое повидал в своей жизни, но как раз в этом месте мне стала понятна незначительность моих познаний. На всякий случай я автоматически и без малейшей надежды переспросил огромного охранника у входа, не ошиблись ли мы адресом. Он фальшиво, сально усмехнулся, и зловеще подтвердил, что это и есть лучшая дискотека Гаваны.

На робко стоящих у входа троих мужчин в белом из глубин просторного, грохочущего забытой попсой девяностых, прокуренного зала, хищно уставились сотни голодных, сверкающих жаждой наживы глаз. Перед нами было около трехсот практически голых самок аборигенов, жаждущих крови. Самки одиноко скучали без дела уже несколько часов и при появлении добычи неистова впились взглядами в свежее мясо. По их рядам пробежала приятная дрожь и они начали медленно приближаться к нам в гипнотическом танце, по пути разминая натренированные бедра. Их крохотные купальники угрожающе мерцали пластиковыми стразами на коренастых телах, а смуглые мускулистые, но не красивые конечности хищно изгибались под хриплые ритмы из древних динамиков. Мы, трусливо затаив дыхание, медленно и синхронно пятились к спасительной двери, все еще тая жалкие иллюзии ускользнуть. Надежда последней покидает обреченных.

Никто не успел даже глазом моргнуть, как оказался в кипучей пучине трущихся об тебя под разными углами обнаженных женских тел. Со всех сторон ко мне тянулись из темноты грязные, уродливые руки с толстыми, короткими, узловатыми пальцами и грубо щипали меня за интимные места сквозь одежду. Самые разные женщины, от восемнадцати до тридцати пяти лет, сменяли друг друга, как в хороводе. Каждая из них по очереди прижималась к моим ушам с разных сторон и заявляла незначительные суммы в конвертируемых песо хриплым голосом. При этом она старалась намеренно задеть меня влажными губами и бюстом. При малейшем неосторожном движении моей головы, которое претенденткой интерпретировалось как знак моей заинтересованности в ее услугах, она расталкивала соперниц, повисала на моей шее и сообщала интимным горячим шепотом мне в ухо подробности извращенных форм предполагаемых с ней соитий. Мои спутники находились в чуть лучшей ситуации. Они хотя бы не понимали, что именно им говорят. Я понял, что надо немедленно спасаться бегством. Но к моему паническому удивлению москвичей заинтересовало местное предложение. Они, утопая в месиве из голых тел, идиотически широко улыбались и желали посидеть еще. Минуты две они восторженно озирались по сторонам и потом, дурацки хихикая, попросили меня заказать выпивку.

Бутылка семилетнего рома, который продают на каждом углу за шесть песо, здесь обошлась им в семьдесят. За такую покупку бармен усадил нас к липкому металлическому столику социалистических времен летних кафе Леонида Ильича Брежнева. На каждую коленку к нам молниеносно прыгнуло по две улюлюкающие вакханки. Я даже через джинсы почувствовал сальное, не мытое тело.

Благо решений не пришлось ждать долго. Через три минуты мои спутники уже обо всем договорились. Ром остался не тронутым, и мы все поехали в гостиницу. Я многократно повторял, что предпочитаю гордое одиночество, но никто мне не верил и две девки, как конвоиры, упорно и твердо держали меня за руки и за штаны, не желая оставаться на девичнике. Москвичи были в аналогичной ситуации. Но при выходе пришлось пройти загадочный ритуал. Девушки, наконец, отделились, разжав свою мертвую хватку, а мы узнали от охраны, что на Кубе проституция считается страшным преступлением. Поэтому дамы поедут до гостиницы отдельно от кавалеров, а полиция будет кусать локти в зарослях бамбука не в силах застукать преступниц с поличным.

У отеля я пожелал соотечественникам успехов на греховном фронте и прямиком отправился спать. Мои спутницы остались биться в гневных конвульсиях на ступенях парадного. По пути до лифта сочувствующий женскому горю портье озабоченно хлопотал около меня, не желая поверить в то, что я не стану платить ему за приставших ко мне потаскушек. Я собрал остатки сил и достаточно доходчиво дал ему понять, что этой жаркой ночью ему надо ограничиться гонораром от моих спутников. Мне очень хотелось как можно быстрее принять дезинфицирующий душ.

Спал я тревожно, мне снились чумазые кубинки, которые хотели меня съесть. Утром вместо завтрака пошел выпить разливного пива в холле, где сразу за той же стойкой встретил насупленных и помятых москвичей. За кружкой спасительного напитка они рассказали мне, что кубинки не пользуются мылом, игнорируют презервативы, вымогают деньги, не спрашивают мужчину о его желаниях, во время секса курят в постели и совершенно не беспокоятся об успешном финале оплаченного предприятия. Мало того, кубинское свидание начинается с обещаний о бесконечно жаркой и страстной ночи, но заканчивается гораздо прохладнее и за долго до рассвета.

Примерно через тридцать минут после появления девушек в номере у жриц порока внезапно заканчивается любовный задор, они начинают ворчать о тяжести профессии, недостаточности оплаты. А еще минут через десять таких разговоров в номер звонит заботливый портье и строгим голосом сообщает о надвигающейся внезапной проверке, и неотложной необходимости как можно быстрее выпроводить дам на улицу. А утром еще и выясняется, что пропал набор для бритья, свежие журналы и блок сигарет. Больше всего поражало куда могли, по сути, голые женщины столько всего себе засунуть, чтобы вынести незамеченным?

Так что про кубинских девушек, женщин и даже тетенек можно сказать, что они достигли предельной стадии морального падения в общей своей массе. Ни одна симпатичная кубинка, живущая на родине, не станет отказываться от секса за деньги. Это уже в крови. Те, что скажут вам «нет», либо тяжело болеют, либо сегодня уже отработали. Так же отказать могут еще и дамы, что в той или иной степени состоят в родстве с представителем правящей элиты и давно всем обеспечены. У всех прочих девушек на Кубе невероятно естественная и понятная позиция по этому вопросу. Они относятся к сексу за деньги, как к легкой, престижной и фантастически высоко оплачиваемой работе. Но парадокс их менталитета в том, что всех потребителей их интимных услуг они заранее неблагодарно считают законченными, глупыми и похотливыми идиотами, даже не пытаясь это скрывать. Для кубинки переспать с кем-либо за сорок песо это нечто среднее между товарищеским похлопыванием по плечу и просьбой угостить сигареткой. Причем для коварной кубинки, перед тем как уйти тушащей окурок о штаны щедрого кавалера, глубоко почетно и приятно объяснить для мужчины, что его табак редкое говно, а сам он вислозадый мудак. Исключения из правил наверняка существуют, но они ничтожны и выявить их в общем вертепе за десять дней не удалось даже теоретически.

Куба, которой нетКуба, которой нет

Вообще, на Кубе все до единого местные жители торгуют собой в жесткой форме, в том числе мужчины, старики, дети и даже собачки. Почти каждый островитянин ради пары конвертируемых песо начнет в прямом или переносном смысле приспускать свои драные штаны, если вы его об этом правильно попросите. У каждого здесь есть своя цена, но расценки не так уж сильно и различаются, во всяком случае, не на столько, как многим кубинцам хотелось бы. Если на них морально поднажать, попробовать воззвать к высшим чувствам, спросить, зачем они все это делают и так унижаются, то ответ будет однозначным - про отсутствие выбора, бедность и большие семьи. На самом деле причина не совсем в этом. Кубинцам в большинстве своем очень сильно нравятся простые решения. Например, немного повозить на развалюхе глупых белых людей и задвинуть им десятикратную цену, да сделать это так смело и нахально, чтобы те с дуру возьми да и заплати – вот это очень круто. А потом пару дней вообще тихо сидеть пить ром под забором и, гордо улыбаясь, вспоминать, как обставил мерзавцев. И что там подумают про тебя эти иностранцы, когда обман вскроется, на самом деле уже не важно.

Но из всех правил существуют исключения. Здесь своевременно упомянуть неких случайно зародившихся новых кубинцев и кубинок. Это только что образованная надстройка в замшелом обществе острова, не изученная и малочисленная. С одной стороны они уже не боятся уголовной ответственности за все виды совершаемых ими нарушений кубинского законодательства, потому что полицейские никогда не решаться арестовать тех, кто обеспечивает всем необходимым их собственные семьи. И с другой стороны, они уже достаточно хорошо устроились, чтобы слишком сильно рисковать и бесчинствовать, ставя под угрозу свой сладкий распорядок жизни. Такие индивидуумы встречаются только в самой Гаване. Они всегда при наличных, слегка навеселе, они кушают каждый день, одеваются в яркие цвета и без дыр, а так же чрезвычайно любят золото и все блестящие предметы в его гамме. У них даже можно обнаружить стремление к ежедневному получению новой информации. Некоторые из них читают мировые новости на английском языке не реже раза в неделю. На улице, в среде своих менее удачливых сородичей, своими нарядами они выделяются за километр, но как раз это им и приносит неописуемое удовлетворение. Зубастая улыбка и вульгарные манеры отличают особо пронырливых экземпляров, которым так нравится общаться с иностранцами, заимствуя от них жесты, мимику и жаргонные словечки. Что делать, капитализм ужасен в своем зародыше.

Для всех прочих кубинцев, работать честно годами, хотеть естественным путем добиться доброй славы, создавать преуспевающие предприятия, и вообще иными словами как-либо напрягаться по жизни – это не для крутых, умных, сноровистых кубинских парней и девчонок! Так могут работать только второсортные неудачники, которые прилетают в этот рай земной на больших самолетах, с которых и надо быстрее с помощью мелких подлостей и хитростей получить свои карманные конвертируемые песо. И организовать с друзьями безбашенную фиесту! Кстати, кубинки, когда нет рядом иностранца, с удовольствием продадут свой зад соотечественнику, конечно по товарищескому тарифу, но, тем не менее, за деньги. Один из молодых таксистов сказал, что найти невесту для кубинца на альтруистических чувственных началах практически не реально. За каждое свидание с продолжением дама попросит наличными.

После четвертой пинты кубинского пива «Кристалл» на душе у меня стало легче. Потянуло на разговоры с барменом. Тот, терпеливо выслушав подробное описание произошедшего ночью кошмара, хмуро и со знанием дела отрезал: «Ехайте ребята в Барадеро! Тут вам уже ничего не понравится…»

Дорога в Барадеро и сам райский уголок

На этот раз я решил подойти серьезно к вопросу транспорта, и подготовка к поездке на такси заняла пол часа. В тендере на право везти туриста одержал победу скромный пятилетний Хундай с кондиционером и стареньким щупленьким дедушкой водителем, милейшим и очень образованным человеком. Он, кстати, рассказал по пути много объективной информации про настоящую жизнь на Кубе, без лишних эйфорий и драматизаций. Поездка на двести с небольшим километров заняла около трех часов и стоила восемьдесят песо. По пути я узнал о настоящей Кубе больше, чем за последние четыре дня.

Абстрактно скажем, что если сама Гавана – это большая, старая не работающая неоновая вывеска разорившегося театра, на которую по-прежнему едут поглазеть зеваки со всего света. То вот провинция, это само нутро здания, с небом вместо крыши, с провалившимися перекрытиями, сгнившей сценой и ржавыми остовами зрительских кресел, поросших кустарником. Куба изнутри портит настроение. Она полна медленной агонии, нескончаемых страданий и спокойной безысходности. На протяжении всей поездки я не увидел ни одного нормального здания, не отыскал взглядом никого из местных жителей, относительно достойно одетого. Вдоль дороги мелькали призрачные скелеты некогда прежде шикарных особняков с частично выбитыми окнами. На редких из них была все еще натянута серая шелушащаяся кожа выцветшей краски с сомнительными признаками внутренней жизни.

Зато полиции было с избытком на каждом углу. Нас дважды остановили, проверяли лицензии и документы у водителя. Мне напомнило это, как жадная деревенская бабка щупает вымя у пасущейся за домом козы. Водитель сообщил, что народу в провинции живется очень туго. Большинство работает за 20 евро в месяц. Есть нечего, одевать нечего, работать особо негде, а за попытку уехать на заработки в Гавану или другое туристическое место можно попасть в серьезные неприятности с законом. Какие-то уж совсем не любимые дети получаются у славного Команданте.

Барадеро встретил яркими дорожными указателями, стрелками с названиями отелей и ресторанов, словно кто-то попытался сменить грустную музыку на веселую. По замыслу организаторов шоу у туристов здесь все должно было быть хорошо, а беды и лишения требовалось оставить за высоким непрозрачным забором для самих кубинцев. Турист обязан беззаботно гулять и веселиться. Да не тут то было! Возможно, лет восемь назад данная стратегия безупречно работала, но экономическое эмбарго, помноженные на старческий маразм вождя, ни к чему доброму и вечному не приводят. Отель впечатлял своими архитектурными размерами и размахом инфраструктуры, прилегающая территория была запичкана до отказа бассейнами, спорт площадками, ресторанами, парковыми зонами и развлекательными аттракционами. Но в ближайшие два дня к моему глубочайшему разочарованию выяснилось, что все это было прекрасным и сверкающим около десяти лет назад.

На день сегодняшний все поддерживается на грани фола. Особенно больно бьет по нервам постояльцев питание и питье. Не знаю где они берут свои продукты и кто их готовит, но кушать это не возможно даже в состоянии глубокого алкогольного опьянения. Все словно пропитано чем-то отвратительно невкусным и встает поперек горла в прямом смысле слова. Выпивка паршивая, а разрекламированные на весь мир Кубинские коктейли у бассейна на практике оказываются омерзительным и гарантированным средством для изжоги и мигрени.

Старожилы, проработавшие в туристической отрасли Кубы более десяти лет, подтверждают, что как раз примерно в конце девяностых все это и произошло. «Раньше было круто, а теперь мы даже сами здесь не можем питаться…»: с грустной улыбкой вспоминают они. На протяжении недели я время от времени опрашивал отдыхающих из числа случайных знакомых на предмет их впечатлений от отеля и сервисов. Люди, брызгая слюной и с трудом сдерживая переполняющее их возмущение, начинали перечислять длинный список чудовищных несоответствий между заявленным и действительным. По такой реакции не сложно было догадаться, что вряд ли кто из них вернется сюда еще один раз.

Куба, которой нетКуба, которой нет

День близился к вечеру, моя поездка к финалу. Сидя на высокой оградительной стене территории отельного комплекса и любуясь ярко голубыми водами карибов, я думал, что могу выразить все произошедшее и увиденное одной жестокой, но очень правильной фразой: «Кубы нет». Есть отдельные яркие вспышки относительно приятных эмоций, как есть белоснежные пляжи, коктейль с джином, замешанный прямо внутри свежесобранного кокоса и голубой мерлан, которого может быть удастся зацепить гигантской блесной. Но это несоизмеримо мало по отношению к естественным ожиданиям человека, слушавшего и смотревшего на водопад рекламы о фантастической Кубе на протяжении многих лет своей жизни. И тут я понял, что это гениальный развод. Тур операторы молчат, потому что им надо продавать путевки и билеты, а надутые путешественники никому не признаются из банальной обиды и стыда. Кому же захочется потратить несколько тысяч евро, а потом всем объявить, что ты по сути их просто выкинул. Вот и начинаются рассказы про волшебный пляжный отдых на Кубе и райские утехи под ласкающими лучами Карибского солнца. Солнце, кстати, тут такое злобное, что, выйдя на пятнадцать минут даже с мощным кремом на плечах, превращаешься в отлично прожаренную креветку и спишь потом пару ночей как на остывающей сковородке. Забавно все это и очень даже по-человечески.

Возвращение в Испанию напоминало пробуждение от тяжелого сна в душную ночь. А когда в самолете включили кондиционер и принесли тарелочку с хамоном и холодное пиво, я понял, что съездил не зря. Примитивные и вроде давно приевшиеся продукты теперь казались мне вершиной кулинарной пирамиды. В аэропорту Мадрида я не мог смотреть на людей без улыбки. Они все были такие милые, безупречно одетые, с расслабленными лицами и ничего от меня не требовали. Пройдет какое-то время, подумал я, прежде чем мне захочется еще раз посетить дальние страны.

Май, 2008

Все фотографии: улицы Гаваны, рынок Гаваны, Барадеро, рыбалка на Мерлана

 

Сервисный центр

Сервис-центр «Испания по-русски» – это Ваш гид в мире индивидуального туризма. Организация туров, маршрутов, поездок, билеты на различные события, экскурсии с лучшими гидами, организация праздников. Услуги для взыскательных клиентов.

+7 495 236 98 99 или +34 669 900 700, info@espanarusa.com

Комментарии

Комментарий удален
Комментарий не опубликован

{{comment.Author.Name}}

{{comment.PostDate}}

Это обязательное поле

Сообщение об ошибке

Ошибка в тексте

Ваше сообщение будет отправлено автору. Спасибо за участие...